песня

Чёрная птица поёт белым стенам вечного Города. Серые тени завороженно внемлют её песне — досель никому не приходило в голову петь и надевать чёрное. Или надевать чёрное и петь, здесь вопрос очерёдности крайне важен и не важен совершенно. А птица поёт двадцать семь нот про ложь пустоты и безграничность. Двадцать семь аккордов про усталось и всесилие. Двадцать семь тактов про страх и любовь. Вздыхает, перепрыгивает с ветки на ветку, обводит неуловимо быстрым, но очевидно всепонимающим и всепрощающим взором каждого, кто смотрит, и начинает петь заново...